Павел Терешковец: Дневник неочевидных мыслей

Я фотографирую, пишу и путешествую. Или, скорее, в обратном порядке. Материализацию всего самого интересного вы найдете тут.

                                        Фотографии
Что тут можно найти:    Путешествия
                                        Чтиво

Контакты:
www.tereshkovets.com
Тел. (МТС): +375 (29) 5539043
E-mail: pavel (собачка) tereshkovets.com
ICQ: 167676205

Я в интернете:
facebook / вконтакте / twitter / 500px / tumblr

Сейчас за окном проливной дождь. Здесь это не редкость. Говорят, что с середины мая тут начинается сезон дождей, поэтому чего-то другого с небес кроме как капель, прошедших фильтрацию ядовитым смогом, ждать не приходится.

Я сижу в гостиной, пью кофе и подбираю фотографии для этого поста. Уж извините камеру айфона за паршивое качество, но главное – это ведь душа и история снимка :)

Слышно, как работает кондиционер. Температура, как обычно, выставлена на шестнадцать градусов. В комнате прохладно, как в местных супермаркетах и Старбаксах. А на улице, хоть дожди и не прекращаются уже третий день, по-прежнему дико жарко и душно.

А пока несколько фотографий о Китае и о том, как здесь живется.

P.S. Вроде нашел, где в Гуанчжоу можно проявить пленку, но пока до туда не добрался, поэтому пока – только айфонофото :)

( Смотреть дальше )

Отчеты о самом путешествии можно найти здесь:
Часть 0 | Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6

    

Начало – здесь. Предыдущая часть – здесь.

Если не брать в расчет тот совершенно нелепый случай с ночным рейдом такси, то в целом первые дни прошли достаточно спокойно. Но так уж повелось в моей жизни, что обычно все идет наперекосяк. В самый неподходящий момент из ниоткуда, словно сталагмиты из каменного пола, возникают совершенно идиотские ситуации, давая мне в полной мере прочувствовать остроту жизни, ее больную непредсказуемость и невыносимый азарт бытия.

На третий день я проснулся весь в поту и с плохими мыслями. Казалось, кондиционер в моей комнате сломался. Стояла невыносимая жара, и сверху доносилась лишь слабенькая струйка прохлады.

Я принял холодный душ, простояв под ним, наверное, минут пятнадцать. В принципе жару я переносил достаточно неплохо. Схватил в свое время два солнечных удара, проблевав сутки в туалете гостиничного номера, и на этом все. Но в Гуанчжоу жара была иного порядка. Дикая смесь высокой температуры и зашкаливающей влажности результировала в густой банный воздух и заставляла чувствовать себя вареным кальмаром.

Чуть погодя я приготовил себе небольшой завтрак. Поджарил яичницу, местные острые колбаски, сделал пару бутербродов с размякшим от влаги хлебом и сварил крепкий кофе.

( Читать и смотреть дальше )

Все части путешествия:
Часть 0 | Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6

    

Начало – здесь. Предыдущая часть – здесь.

Слыша китайскую речь где-то внизу, в уютном дворике жилого комплекса, я понимал, что коммунистическая страна приняла меня в свои объятия. Рожден я был в СССР, но даже много лет спустя мне приходилось чувствовать отголоски режима во всем, что меня окружало. Может быть, я и не видел, что творилось во время похорон Сталина, может, я и не стал свидетелем кукурузной эпопеи Хрущева, но я знал, что такое мороженое по двадцать копеек, что значит пить газировку из общего стакана и ходить в магазин по талонам.

Однако прилетев в Китай, я увидел совсем не то, что окружало меня в детстве. Меня встретил техногенный оплот коммунистического монстра, абсолютно расчетливая грань государственного робота, вкалывавшего двадцать четыре часа в сутки. Экстракт всемирной борьбы за право пахать на износ.

С Минском разница во времени составляла пять часов, но уже через два дня я чувствовал себя вполне адекватно и мог отличать день от ночи. Обычно многие жалуются на невозможность акклиматизироваться так скоро. Им приходится полмесяца валиться с ног, когда солнце в зените, и выносить всем мозги своим драйвом по ночам. На самом деле все проще простого. Как только вы преодолели несколько часовых поясов, следует незамедлительно дать понять своему организму, что вы безжалостный кретин, плюющий с высоты птичьего полета на все, каким-либо образом связанное со здоровьем. Он должен почувствовать, что вы не из тех сосунков, что несколько недель подряд будут стонать от приступов дневного нарколептического сна. Для этого и существует ход конем: ( Читать и смотреть дальше )

Все части путешествия:
Часть 0 | Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5

    

Начало – здесь. Предыдущая часть – здесь.

Вала нигде не было. Я стоял у выхода из аэропорта и безнадежно взирал на сотни людей, знавших, по крайней мере, куда их занесло. Я же, кроме того что теперь находился в Китае, не знал ровным счетом ничего. Да еще и Вала, который должен был меня встречать, не оказалось. Я не был в курсе ни названия улицы, ни номера дома, куда надо было ехать. Какого хрена – я даже не знал, в какой части этого урбанистического города находится нужный квартал!

Кто-то дернет за рукав: эй, парень, ты в каком веке живешь? Как же телефон? Так вот что я вам скажу. В какой бы век вас не занесло, на гребаный телефон рассчитывайте в последнюю очередь, потому что этот злобный кусок пластика только и ждет, как бы вас подвести. Мало того, что моя батарея была на исходе, выдыхаясь уже на взлете из Пекина, так еще и по телефону Вала мне отвечал поток китайской речи, сообщавший, вероятно, что я в полной жопе.

Ситуация нравилась мне все меньше и меньше. Я не спал несколько суток, от депривации сна казалось, что по телу ползают тараканы, позади были тысячи километров над Сибирью, я видел монгольские степи, я даже сражался за право снять араба с рейса – и все это зря?

( Читать и смотреть дальше )

Все части путешествия:
Часть 0 | Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4

    

Начало – здесь. Предыдущая часть – здесь.

Я уже застегнул ремень безопасности, когда по громкой связи объявили, что над Гуанчжоу сейчас шторм, поэтому ближайшие рейсы на юг Китая отменены. Задержка планировалась в три-четыре часа. Нас просили снова пройти в зал ожидания.

После все того, через что я прошел, лишь бы усадить себя в самолет, такой поворот событий казался немыслимым. Я не мог допустить, чтобы мне еще сто восемьдесят минут пришлось терзать себя мыслями об арабе и о том, чем могло быть обмотано его тело. Мысленно я напрягся до предела, но виду подавать не стал. Нельзя на людях терять самообладание. Тем более когда на одном рейсе с тобой гипотетический террорист. Когда они чуют страх, они становятся подобны стервятникам и слетаются на свою жертву. «Спокойно, - сказал я себе. - Все должно идти гладко».

Через час ожидания я уже не знал, куда деваться от захлестывавших меня волн паранойи. Казалось, меня насквозь пропитал мучительный страх. Я пытался найти разумное объяснение происходящему. В пользу араба говорило лишь одно: слишком глупо взрывать самолет, если ты в голубой рубашке, а на твоих ногах голубые носки. Кроме того, еще более глупо взрывать самолет в Китае, потому что здесь никто не заметит такой ничтожной потери. Если уж террористы и хотят превратиться в пушечное мясо, то делать это нужно либо в каком-нибудь захолустном княжестве, вроде Монако, где каждый житель на счету, либо взрывать сразу сто пятьдесят два самолета в разных точках мира.

( Читать и смотреть дальше )

Все части путешествия:
Часть 0 | Часть 1 | Часть 2 | Часть 3

    

Начало – здесь. Предыдущая часть – здесь.

В один из моментов ментального забвения мне показалось, что все идет своим чередом. А как же. Я в аэропорту Пекина. Клыки китайской пасти вцепились мне в горло, и уже никуда не убежать, нигде не укрыться. Я принимаю все так, как есть. Багаж, в конце концов, тоже при мне. Его не потеряли, как тогда, когда я прилетел на другой материк, а все мои сумки остались в Вашингтоне. Сейчас все, вроде, шло своим чередом.

Вокруг, кроме сотен людей, были автоматы с прохладительными напитками. Я взял себе колу с иероглифами вместо всем известного логотипа. Дрянь оказалась такой же божественной, как и ее американский аналог. Все идет своим чередом. В кабинке туалета я переоделся. Снял свитер и надел прохладную футболку. Подойдя к ряду глазастых раковин, тщательно умылся и спрятал фотоаппараты в рюкзак. Теперь я почувствовал себя чистокровным буддой.

Все шло своим незыблемым чередом, когда нечто необычное заставило меня повернуть голову в сторону огромной пятиметровой жидкокристаллической панели.

( Читать и смотреть дальше )

    

Начало – здесь. Предыдущая часть – здесь.

Я надеялся незаметно и совершенно внезапно вторгнуться в тыл врага, но они вычислили меня уже в Москве. Как ни в чем не бывало я стоял у кассы в МакДональдсе, думал о культурном блицкриге и одновременно пытался решить – кола или спрайт, как вдруг вселенная завибрировала и я прозрел: за всеми четырьмя кассами стояли китаянки.

Меня прошиб холодный пот. Я огляделся и удостоверился, что по-прежнему в Москве. На улице какие-то зеваки фотографировались с негром, одетым в наряд средневекового графа. Что? Средние века, графское одеяние и негр? Галлюцинации? «Нет, - подумал я. - Слишком рано. Держи себя в руках, парень». Я еще не был готов к такому ходу событий.

( Читать дальше )

    

Скромные сборы для поездки в Китай
Начало – здесь.


27 минут. Пару раз увидеть, как погасло и снова загорелось Солнце. Не спеша выпить три бокала пива. Вздремнуть на работе в обеденное время.

27 минут. Ровно столько мне потребовалось, чтобы сложить все необходимое в одну кучу. Еще три минуты я эту кучу разгребал. И, боюсь, понадобится не больше десяти минут, чтобы запихнуть все это в рюкзак.

Такая оперативность недостижима даже в условиях идеального порядка и амфетаминовых ускорителей. А в моем случае о порядке и речи быть не может. Кроме того, мне всегда казалось, что вещей, необходимых для поездки длительностью в месяц в страну за семь тысяч километров от дома, все же должно быть побольше. Тем более половина из того, что лежит сейчас передо мной, – это вещи для фотографирования. Выходит, что из всего собранного действительно необходимо всего лишь пятьдесят процентов. Я оказался фатально обманут своими ожиданиями, и теперь единственный выход – делать вид, что так и нужно.

Зубная щетка, деньги и пару невнятных одежд – в принципе, даже этого было бы достаточно… не будь я фотографом. Так же пришлось позаботиться о еще нескольких вещах. Я взял с собой два фотоаппарата, в том числе Зенит, одиннадцать катушек пленки, взял нетбук, чтобы продолжать сорить буквами, взял Киндл, чтобы испробовать бесплатный 3G-интернет, взял презервативы, чтобы надувать воздушные шарики, взял айпод, если надоест китайская речь, и взял штатив, чтобы после китайской водки не тряслись руки.

В общем, я захватил все самое необходимое. В целях душевного спокойствия я бы, пожалуй, взял в самолет еще и бочку пива, но в авиакомпаниях это, говорят, не принято, поэтому пришлось отказаться от этой идеи.

Утром, прежде чем собрать весь этот хлам, я сидел в небольшой пустой кафешке и потягивал одинокий кофе. Капучино у них закончился, и пришлось пить американо без пенки. За окном тлело солнце, а какой-то работник лениво мел тротуар. Меня немного смущала перспектива провести всю середину весны среди китаянок. Помнится, в Америке их были сотни, и ни одной красавицы я так и не увидел. Удивительно, но в Сан-Франциско даже не нужно было идти в Чайнатаун, чтобы стать свидетелем засилья в городе китайцев. Они были повсюду. И самое ужасное, что я помню, – это то, как они говорили по-английски. Тебя они понимали прекрасно, особенно когда ты показывал доллар. А вот чтобы понять их, надо было предварительно выучить все тонкости китайской фонетики, пройти курс слуховой терапии и еще полгода осваивать техники нордического самоконтроля.

Уже тогда мне казалось, что этих ребят слишком много. Но теперь я лечу в их логово. Мне нужно быть начеку, ведь никогда не знаешь, что может случиться, когда вокруг тебя миллиард китайцев.

А пока самое главное – посадить свою задницу в поезд. Завтра утром меня ждут Москва и все те, кто слезам не верит.

    

Зенит, Fujifilm Superia ISO200. Минск, 2012
На церемонию награждения победителей «Professional Photographer of the Year 2011» в Лондон слетать так и не удалось. Я был слишком занят приготовлением яичницы, концертами и планированием своей ближайшей поездки. Однако ближайшей лишь в смысле времени, потому что в смысле расстояния мне придется преодолеть 7000 километров, что не так уж и близко.

Впрочем, летая в Америку, я покрывал расстояния и больше, но тогда это был запад, а теперь будет восток. В своей жизни каждый порядочный человек и честный путешественник должен пройти по земле в двух антиподных состояниях – другими словами, ногами вверх по отношению к себе же. Почему бы и нет? Экспириенс, который еще несколько столетий тому назад не мог позволить себе ни один житель планеты. Сегодня же эта опция доступна почти каждому. «Зачем это нужно?» – спросите вы. Понятия не имею. В любом случае, от подобных путешествий на разные края света вашей порядочности по всем законам физики убавиться не должно.

Это я к чему. Пока в Минске бушевали весенние метели, наметилось достаточно большое путешествие в достаточно большую страну – Китай. Среди желтого миллиарда существует опасность раствориться, как слоновая кость в кислоте, поэтому я тщательно латаю дыры в своем энергетическом поле, слушаю хорошую музыку и по ночам вместо овец считаю китайцев. Уже в эту среду я еду в Москву и оттуда вылетаю в Гуанчжоу. Пробыть в Китае я планирую месяц. За это время хочется увидеть как можно больше, но совершенно очевидно, что даже за четыре недели посмотреть всю страну размером в тринадцать Техасов вряд ли удастся. Для этого понадобилось бы как минимум три месяца безостановочных путешествий, а причудливая оливковая виза в паспорте ставит лимит лишь в тридцать дней похоти и разврата.

Пока первый на пути Гуанчжоу. Есть идеи насчет Пекина, Шанхая и еще нескольких интересных мест, но по возможности хотелось бы увидеть не туристическую сторону китайской жизни, а места, не изъезженные вдоль и поперек путешественниками. Буду рад, если сможете подсказать что-нибудь интересное.

В течение месяца вы сможете наблюдать за тем, что происходит со мной в этом трипе. Отчеты о происходящем будут регулярно выкладываться в блог. Вы сможете узнать, что такое Китай с изнанки, зачем там столько людей и действительно ли велик Мао.

Сегодня вторник, а сумки еще не собраны и ни один иероглиф мне не знаком. Зловещая тишина неизвестности пропитывает воздух. Из последних новостей лишь погода в Гуанчжоу: +25С и дикая влажность. Радиомачты мира застыли в томном ожидании. Так или иначе, но брать мне с собой что-нибудь все же придется, поэтому в среду читайте о моих приготовлениях к Поднебесной.

    

Zenit, Fujifilm ISO200. Minsk, 2012
Издалека они смотрелись неплохо. Она – большегрудая женщина с растрепанными по плечам космическими волосами и он – небольшое черное пятно пёсика возрастом не больше двух месяцев. Он косолапо бежал за хозяйкой и время от времени тихонько погавкивал.

Я улыбнулся. Они – идеальная пара. Даже то что в руках у женщины было два огромных пакета, доверху наполненных неизвестностью, не нарушало баланс между ее потерянным взглядом и крохотным псом. Так мы и шли – переглядываясь – навстречу друг другу. Я улыбался, а женщина, уравновешивая, словно канатоходец, скользкую походку пакетами, изумленно смотрела сначала на меня, а потом себе под ноги.

Щенок тыкался мордой ей в каблуки, которые как иголки впивались в плитку, но тут он заметил меня. Мы разминулись, и я посмотрел женщине вслед. Она продолжала идти на своих острых иголках, но щенка возле нее уже не было. Он стоял подле меня и вопрошающе смотрел прямо в глаза. Я только собрался окликнуть женщину, чтобы она не забыла своего питомца, как вдруг она обернулась, с облегчением посмотрела на меня со щенком и деловито ускорила шаг.

Только теперь я заметил его пустые глаза, грязные лапы и разбитое сердце. На нем не было ни ошейника, ни следа любви. Передо мной стоял сосуд, готовый наполниться заботой и преданностью. Он был ничей.

На улице дул пробирающий ветер, было холодно и грязно. Щенок дрожал и продолжал смотреть на меня. Около пяти минут стоял я там, без движения. Потом сделал один шаг, еще один и еще. Щенок еле слышно скулил и терся о мои ботинки. Он вилял хвостом и думал, что мы идем домой. А я просто ускорил шаг.

Отстав на десять метров и не поспевая за мной, он остановился и уже молча посмотрел мне вслед. Он понял, что сегодня не найдет свой дом. Он понял, что теперь никто не может сказать точно, увидит ли он завтра.

Наверное, я такой же, как и все. Бесчеловечный и хмурый.

    

Остальные фото: первый снимок | второй снимок | третий снимок | четвертый снимок | пятый снимок | шестой снимок | седьмой снимок | восьмой снимок | девятый снимок | десятый снимок | одиннадцатый снимок

Следующий снимок будет тринадцатым. Если вы не суеверны и тоже хотите поучаствовать в качестве модели, присылайте на pavel@tereshkovets.com письмо с темой «Арт-проект» и вашими фотографиями или ссылками на них (несколько в полный рост, чтобы хорошо была видна фигура). В письме обязательно укажите ваши имя, рост, вес, параметры и контактный телефон.

Но перед тем как отправлять письмо, внимательно прочтите условия участия в проекте:

- вы СТРОЙНАЯ, ХУДЕНЬКАЯ, С ХОРОШЕЙ ФИГУРОЙ

- у вас есть СВОБОДНОЕ ВРЕМЯ

- вы любите АРТ и понимаете, что это такое

- вы готовы сниматься НЮ

На все пункты вы ответили "да"? Жду ваших заявок на участие в проекте. Пишите.

    

Зенит, Fujifilm ISO200. Аэропорт «Минск-2», 2012
Всю серию можно посмотреть здесь.

    

Зенит, Ilford PAN ISO400. Минск, 2009
Мне приснилось, что меня сбила машина. Вот я перехожу улицу, в самом конце оборачиваюсь, а там вместо меня уже кровавая лужа. Даже не заметил, кто сбил. Мужчина или женщина, или какой-нибудь тупоголовый подросток? Ни единого намека на убийцу. Только визг тормозов в мыслях и ощущение освобожденности от тела.

«По большому счету не важно, кто сбил», - подумал я, стоя мертвый на другой стороне дороги. Но ведь справедливости ради я должен был хотя бы увидеть, что за машина это была. Плевать даже на цвет и то, брали ли ее в кредит. Главное – что за машина? Я жил столько лет не для того, чтобы меня переехала «Волга». И не для того, чтобы меня растоптали шины мусоровоза. Ведь в конце концов у распорядителя судеб тоже должна быть совесть. Зная, например, что моя жизнь закончилась на капоте «Крайслера», я не буду таким ворчливым занудой и не стану жаловаться на вопиющую несправедливость. Или же – если смерть была мне уготована под днищем «Мустанга» – я тоже не стану сильно расстраиваться.

Но суть как раз в том и заключалась, что я стоял там, как истукан, и понятия не имел, кто меня сбил. Подбежали какие-то люди, начали охать и ахать, и я даже разделил с ними чувство печали от вида этого пятна на асфальте. Мне казалось, что я наблюдал за всем этим, покуривая горькую сигарету. Но в руках у меня ничего не было, потому что, собственно, не было ни рук, ни тела. Я был точкой в пространстве, которая думала о том, в кого бы вселиться теперь.

В газетенках, возможно, напишут, как хозяин автомобиля за два дня до покраски окрасил его в бордово-алый кровью пешехода. А в некрологе, быть может, укажут, что машина была с усиленным бампером и поэтому меня размазало, как кусок растопленного масла по сковородке.

Потом картина сменилась потолком. По неукрытым ногам пробежал холодок. Я посмотрел на окно: оно было немного приоткрыто, и внутрь задувал легкий ветерок, змеиными движениями раскачивая оранжевые шторы. Светило солнце, и внутрь пробивалось какое-то магическое свечение. Я встал, накинул рубашку и выпил немного воды. Вернулось ощущение тела. Я посмотрел на руки, потом на шторы – они все так же шевелились.

    

На днях были объявлены итоги конкурса «Professional Photographer of the Year (PPOTY) 2011». Еще месяц назад пришло письмо о том, что меня включили в шорт-лист конкурса. И вот позавчера я узнал, что оказался в списке финалистов: международное жюри выбрало меня Runner-up’ом в категории «Breaking the Mould».

В этом году PPOTY значительно набрал обороты по сравнению с прошлым и по количеству работ с лихвой обошел тот же конкурс «National Geographic» (в котором меня тоже отметили как Runner-up’а). Для борьбы за звание профессионального фотографа года на сей раз было подано более 6000 работ от участников со всего мира. Цифра, надо сказать, довольно внушительная, даже с учетом того, что в 21-ом веке фотографы плодятся в геометрической прогрессии.

И да, фото для начала поста я выбрал не случайно. Именно оно было отмечено жюри в категории «Breaking the Mould», посвященной, скажем так, всему «необычному». Ну еще бы – голая девочка сидит на железных перилах среди неимоверной пустоты, и прямо за ее спиной вода каким-то чудом падает под землю.

Церемония награждения пройдет 29-го марта в Лондоне, и я уже подумываю, как бы мне не пропустить сие действо. Однако налицо необыкновенная способность человеческой мысли придумывать бюрократический геморрой. Дело в том, что в моем паспорте стоит действующая английская виза, но полететь в туманный Альбион по ней я не могу: она не подходит для въезда в страну по цели поездки.

В любом случае придется обращаться за информацией в посольство. А оно, надо сказать, весьма «необычное». Если звонить им по телефону для справок, то отвечает милый женский голосок, который на любой твой вопрос безучастно глаголет: «Вся необходимая информация представлена у нас на сайте. Смотрите там». На что ты непонимающе вопрошаешь: «А разве в функции справки по телефону не входит обязанность давать ответы на вопросы?» И уже чуть менее милый голос отвечает: «Молодой человек, все обязанности телефонной справки вы можете найти на нашем сайте. Смотрите там».

Посему трудно сказать, успеется ли с визой, но во всяком случае буду пробовать.

Состав жюри конкурса:

Dr Andy Gotts MBE, селебрити фотограф - www.andygotts.com
Paul Sanders, бывший фоторедактор британской газеты «The Times»
Ben Duffy, фотограф - www.benduffyphotography.com
Tom Catchesides, учредитель «Light Blue Software»
Adam Scorey, редактор «Archant Imaging»

Галерею победителей, а также список Runner-up’ов конкурса можно найти под катом:

( Победители и runner-up'ы конкурса )

Официальный сайт конкурса

    

Во время съемок серии «Белая тишина»
Мне всегда нравился этот кадр. В нем была какая-то тревога, безнадежность, печаль и одновременно гармония. Однако снимок не выдерживал формат арт-проекта, поэтому приходилось бережно хранить его в архивах с надеждой на светлое будущее.

И вот, встав сегодня утром и выглянув в окно, где солнце неспешно растапливало снег, превращая его в прозрачный плавленый сыр на тротуаре, я решил, что светлое будущее настало и можно поделиться с вами своими впечатлениями о съемках серии «Белая тишина» и немного приоткрыть занавес, бесстыдно обнажив перед вами бэкстейдж.

Теперь даже трудно вспомнить, как ко мне пришла идея снимать свой арт-проект. До него была только серия с презервативами, которую я сделал еще в 2010-ом. Использованные контрацептивы и намек на придорожных шлюх – это, вероятно, и был мой первый настоящий фотопроект. И вот летом 2011-го меня посетила очень неоригинальная мысль: а почему бы не поснимать обнаженных девушек?

Ранним утром, не успевшим еще освободиться от ночной прохлады, мы с моделью приехали в один из поселков недалеко от Минска. Поселок на две части разделяла небольшая речка. Над ней висел легкий туман, растворившийся в воздухе практически сразу, как мы пришли.

Какое-то время я бродил вдоль реки. Модель лениво гладила траву. В конце концов я нашел то самое место, которое заприметил еще пару дней назад, гуляя по окрестностям.

Безусловно, не каждому рыбаку доводится в семь утра видеть голую девушку на бетонной дамбе. Они, бывало, проходили по мостику за спиной и, прищурившись, внимательно всматривались в галлюцинацию. Совершенно безнадежные люди, которые не верят в чудеса: в итоге они плевали себе под ноги и, разозлившись, что алкогольный делирий совершенно расстроил их чувства и теперь так нагло искушает, шли дальше.

Недалеко бродила собака. Она была белой с черным пятном на морде, а ее походка размеренной и по-буддистски спокойной. Модель по-прежнему сидела, опустив ноги в воду, и смотрела вдаль, пытаясь разглядеть трубы ТЭЦ. Собака подошла поближе, посмотрела на меня и легла на землю, чтобы мудро созерцать воздух. Я тут же сделал этот кадр, и каждый раз, когда смотрю на него, мне кажется он моментом из какого-то несбывшегося сна рыбака.

Через час солнце окончательно взошло над горизонтом, и на землю стала опускаться жара. Мы собрали наши вещи и неспеша пошли к машине. Собака скрылась где-то в траве.

P.S. Какой кадр получился в итоге этой съемки – можно посмотреть тут.

    

Зенит, Ilford ISO400. Минск, 2009
В последнем номере российского журнала «В кадре» можно почитать, как я рассуждаю на всякие философские и не очень темы. Кому лень открывать ссылки, читайте дальше. В конце поста – весь текст интервью.

Опыта в различных выставках у меня, надо сказать, пока не много. В основном доводилось участвовать в групповых. Персональная впервые открылась в феврале в паб-клубе «Граффити», и это был прямо-таки новый экспириенс, который обнаружил мимолетную радость созерцания своих работ на чужих стенах. В конце того же месяца открыл для себя еще один новый формат: виртуальная фотовыставка была открыта на сайте «PhotoWebExpo». Можете и сами поучаствовать.

И еще одна моя фотография попала на страницы американского журнала «Fotoblur». Раньше в печатном издании уже побывала работа с Натой (taifun_chic), и теперь цикл, кажется, завершен: Ната в журнале во второй раз. Убедитесь сами (pdf, 25Mb).

Ну и, как обещал, текст интервью из журнала «В кадре» для ленивых:

( Читать философские пассажи )

    

Гомель, 2010
В больницах и поликлиниках есть свой особый запах. Его не спутать ни с чем. Только ты заходишь внутрь, как в нос бьет этот с детства знакомый горько-приторный запах. Это смесь пота, лекарств и ненависти.

Если внимательно за всем наблюдать, то можно легко вывести несколько законов, которые действуют в этих местах. Одно из них звучит следующим образом: какую бы очередь ты ни выбрал, тебе все равно придется стоять дольше всех. Вот ты уже у окошка регистратуры, но тут перед тобой влезает сразу три пенсионера. И они выбирают именно это окно, а не то, которое рядом. Все трое. Ты потеешь и ненавидишь.

Все люди, которые здесь, - они одинаковые. Все подчиняются какому-то общему ментальному движению. Все стоят в очередях, все ждут своих лекарств, все жалуются. Всем не по себе. Не по себе и мне. И я стою среди них, впутанный в эту длинную историю болезней.

Скамейки, двери, подоконники. Если, войдя, свернуть направо, попадаешь к двери гардероба. Забрасываешь туда свою куртку и получаешь небольшой алюминиевый номерок круглой формы. Рядом люди одеваются и раздеваются. Они о чем-то говорят и о чем-то молчат. У каждого своя проблема, но все здесь – в этом затхлом месте уныния.

Двери кабинетов открываются и закрываются. Половины врачей нет на месте. Они где-то растворились, они витают в воздухе, подвешены под потолками. К запертым кабинетам выстраиваются очереди. Люди вздыхают, кашляют и ругаются. Здесь царит атмосфера смирения.

Из меня качают кровь, а потом говорят, что все отлично. Я готов выплюнуть свои легкие, но меня уверяют, что все в порядке. Я отдаю номерок и получаю одежду. Я очень давно не ощущал этого запаха. И еще очень долго его не почувствую.